Шекспир и Додин открывают отреставрированную историческую сцену театра Пикколо ди Милано

Историческая сцена Пикколо открылась после ремонта – и, что символично, открылась спектаклем высокого международного уровня, спектаклем великого режиссера Льва Додина, «Бесплодными усилиями любви» Шекспира, этим мягким искрящимся, как пузырьки шампанского, гимном юности с ее увлечениями, порывистостью, с чувствами, готовыми в один момент вспыхнуть и так же внезапно погаснуть и умереть, попав в ловушку жизни, все правила которой направлены на то, чтобы безжалостно стереть саму тень той границы, которая отделяет юный возраст от зрелого, но эта же жизнь приносит с собою полет белого голубя к – как знать! – возможно, другой, более осознанной свободе.

Настоящее шекспировское сокровище, полное свежести, глубокого и точного анализа всех возрастов человечества, язвительный памфлет на закодированный куртуазный жаргон – все это история о «потраченном зря любовном томлении» (как перевел это название Луко Фонтано), история о прерванной любви.

Комедия малоизвестная – и в этом тоже Театр Пикколо рискнул и выиграл – которую Лев Додин доверил своим замечательным молодым артистам школы Малого Драматического: Дарье Румянцевой, Елизавете Боярской, Елене Соломоновой, Владимиру Селезневу, Алексею Морозову, Павлу Грязнову, Уршуле Малке, Олегу Рязанцеву и «историческим» актерам труппы, Игорю Иванову и Александру Завьялову.

Эти молодые актеры играют, танцуют, прекрасно поют, выполняют гимнастические упражнения, и привносят в спектакль веселый дух оперетты Легара, взрываются ярким крещендо праздника, чтобы затем упасть в меланхолическую и болезненную пропасть настоящей, реальной жизни.

Артисты карабкаются по металлическим цилиндрам-деревьям, исчезают в них и снова появляются из них, и ведет их легкая рука и ясный дух Льва Додина (он же автор сценической композиции), во все убыстряющемся ритме легкой и свежей игры.

Эти герои – молодежь историческая и молодежь сегодняшняя, на них темные очки (одновременно и маски, и «розовые очки», сквозь которые реальность кажется более соблазнительной), их борет желание, и вот они уже поют, мечутся, устраивают наивные переодевания и вместе с этим словно обмениваются характерами. Это спектакль, пронизанный свежей чувственностью. На бис – восхитительный хор акапелло и бурные и искренние овации.

Наверх